Держа в ладошках маленькую лошадь,
Ногами
загребая берега,
В натянутых на валенки галошах
Идёт-бредёт притихшая яга.
В натянутых на валенки галошах
Идёт-бредёт притихшая яга.
Безглазое, сверкает драгоценно
Её полубезумное лицо,
А с утлых плеч до слёз обыкновенно
Старинное стекает пальтецо.
Её полубезумное лицо,
А с утлых плеч до слёз обыкновенно
Старинное стекает пальтецо.
Дрожмя дрожит, шаги предполагая,
Бежит от жизни, всё-таки жива,
В канун зимы решительно другая,
Не та, чьи были птицы и трава.
Бежит от жизни, всё-таки жива,
В канун зимы решительно другая,
Не та, чьи были птицы и трава.
Нет ничего у сердца торфяного –
Всего лишь эта лошадь на весу.
Всё в серое вокруг нисходит снова,
Яга бормочет: «Вдруг не донесу...»
Но цепко держит, веточки ломая,
Несёт под снег навстречу январю,
К запазухи зиянью прижимая,
Последнюю, соловую свою...
Несёт под снег навстречу январю,
К запазухи зиянью прижимая,
Последнюю, соловую свою...
26 октября 2018 г.
Комментариев нет:
Отправить комментарий